Поиск по сайту
Авторизация
Логин:
Пароль:
Регистрация
Забыли свой пароль?
Событийный календарь
Подписка на рассылку
Публикация экскурсионных материалов
Ассоциация АГП заранее выражает признательность всем гидам, готовым предоставить экскурсионные материалы для публикации в разделе "Для членов АГП".

Вместе с тем, решение о публикации и окончательный вид публикуемых материалов определяются руководством ассоциации.

Экскурсионные материалы

13.11.2018

ОРУЖЕЙНАЯ ПАЛАТА И ПРАВИТЕЛИ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ В XVIII СТОЛЕТИИ

К началу правления Петра I древние кремлевские сокровищницы и мастерские представляли собой че-тыре самостоятельных учреждения - Оружейную палату, Казенный приказ, Мастерскую палату и Ко-нюшенный приказ с Конюшенной казной. В состав Оружейной палаты, находившейся вблизи Боровицкой башни, входили придворные мастерские, царская оружейная казна и Приказ ствольного дела, ведавший производством боевого огнестрельного оружия для нужд армии. Казенный приказ, располагавшийся в каменной постройке между Благовещенским и Ар-хангельским соборами, являлся основным казнохра-нилищем, куда поступали ценные предметы и откуда они выдавались ко двору. Мастерская палата, нахо-дившаяся, по мнению историка И.Е. Забелина, под жилыми помещениями Теремного дворца, представляла собой «дворцовое ведомство», где хранились и изготовлялись царская одежда и предметы постельного обихода царской семьи. В ее штате, помимо мастериц-золотошвей, портных, дьяков и подьячих, значились дворцовые должности - портомои, мамки, сенные девушки, карлы и прочие. Конюшенная казна, до 1801 г. располагавшаяся в здании у Боровицких ворот Кремля, ведала парадным царским выездом и хранила ценные конские уборы.
Эти кремлевские учреждения привлекли внимание монарха лишь в 1701 г., когда спустя несколько лет по возвращении из Европы он приказал составить описи имущества древних сокровищниц. По новым описям стоимость собрания Мастерской палаты определялась в 138 702 рубля 22 алтына, а Оружейной палаты - в 78 900 рублей, без учета брони и конфискованного имущества фаворита царевны Софьи - князя В.В. Голицына1.
Не исключено, что работы по учету и приведению хранилищ в порядок вскоре бы продолжились, однако перед Петром I тогда стояли грандиозные задачи, осуществлению которых подчинялась деятельность большинства учреждений страны. Насущным требо-ванием времени, в первую очередь нуждами армии и флота, была вызвана и реорганизация кремлевских сокровищниц и мастерских. У Казенного приказа появилась новая важная функция - снабжение цер-ковной утварью церквей и соборов в завоеванных русскими войсками городах и взимание «денежного сбору» с московских и иногородних чиновников на содержание армии2.
Более существенные изменения коснулись дея-тельности Оружейной палаты. После упразднения Золотой и Серебряной палат, входивших в ее состав, с 1700 по 1707 г. здесь осуществлялось руководство Серебряным рядом Москвы, надзор за клеймением золотых и серебряных изделий, взимание пошлин с мастеров за взятые пробы. В 1701-1706 гг. при Ору-жейной палате состояла Школа математических и навигацких наук, располагавшаяся в Сухаревой башне, финансирование ее шло за счет продажи гербовой бумаги, производившейся здесь же. Для нужд армии изготовлялись знамена и оружие, шились сапоги, ремонтировались захваченные в боях военные трофеи. Трудились в палате и знаменитые граверы - «мастера грыдоровального дела» Петр Пикарт, Адриан Шхонебек и их ученики - братья Алексей и Иван Зубовы. Здесь печатали географические карты, гра-вюры, прославлявшие сухопутные и морские победы российской армии, а также представлявшие виды Санкт-Петербурга, Кронштадта и других мест. В Оружейную палату направляли на работу пленных шведов - «свейских полонянников», среди которых были и довольно квалифицированные ремесленники3. О значимости кремлевских сокровищниц и мастерских в первой четверти XVIII в. свидетельствует и тот факт, что возглавлялись они видными государственными деятелями4.
Наиболее активной производственная деятельность в Кремле была в первом десятилетии XVIII в., однако с 1711 г. отправки мастеровых в быстро растущий город на Неве приобрели массовый характер. Переехавший в Санкт-Петербург двор испытывал острую нужду в строителях, резчиках, ювелирах, портных, сапожниках, оружейниках. По монаршей воле десятки и даже сотни лучших мастеров отправлялись в северную столицу, производство в Кремле постепенно замирало. Были сокращены и все дворцовые должности.
Вместе с тем в 1718 г. по указу Петра I в Мастер-ской Казенной палате ценности впервые выставили в застекленных шкафах, послуживших прообразом музейных витрин, которые позволили знатной публике «явственно» разглядеть сокровища5. Возможно, на решение монарха повлияло увиденное им в евро-пейских странах бережное отношение к предметам старины. С именем Петра I связаны и многочисленные поступления, прежде всего трофейного оружия, захваченного в Полтавской битве 1709 г. (кат. № 7-11). Еще ранее, в 1705 г., из Преображенского дворца в кремлевские сокровищницы передали одежды монарха (кат. № 6), в 1711 г. - платье и соболью шапку царевны Марии Алексеевны, позднее, 5 марта 1723 г. - маскарадный костюм Екатерины I, использованный ею во время празднования в Москве годовщины мирного договора со Швецией.
Три года спустя после провозглашения России им-перией и принятия Петром I императорского титула, 7 мая 1724 г., «по примеру обычаев, во всех христиан-ских государствах установленных», состоялась тор-жественная церемония коронации его супруги - императрицы Екатерины I, вместо прежнего обряда венчания на царство. Новый ритуал требовал новых атрибутов государственной власти. Наряду с прежними регалиями - скипетром и державой, взятыми из Оружейной палаты, были использованы специально изготовленная к торжествам императорская корона (кат. № 125) и мантия. Несмотря на то что двор уже переехал в Санкт-Петербург, церемония, к слову, как и все последующие коронации, состоялась в Успенском соборе Кремля. Для коронации первой российской императрицы использовали и старинную серебряную посуду из Казенного приказа, на которой перед выдачей специально прочеканили медали с копейку, «чтоб та казенная посуда с его императорского вели-чества посудой не смешалась» (кат. № 24). Мастерская палата входила в число помещений, где во время празднеств могли находиться высокие гости. После церемонии в палату возвратили скипетр с державой и серебряную посуду, а также передали коронационный наряд императрицы (кат. № 22)6.
В отличие от своих предшественников, похороненных в Архангельском соборе Московского Кремля, Петр Великий стал первым российским монархом, погребенным в Петропавловской крепости Санкт-Петербурга. В январе 1725 г. регалии и другие предметы из древних казнохранилищ, не задей-ствованные в коронационных торжествах 1724 г., отправили в новую столицу в так называемую «пе-чальную» комиссию, они провожали императора в последний путь (кат. № 14-17). Этим было положено начало формированию двух особых комплексов предметов, используемых в коронационной и «пе-чальной» комиссиях. В мае 1727 г. сокровища палаты затребовали в город на Неве к церемонии погребения Екатерины I.
Таким образом, Москва не утратила окончательно своего значения, получив титул древней или второй столицы. Кремль продолжал играть почетную роль места, где свершались важнейшие события в истории страны - коронации российских монархов, а крем-левские сокровищницы становились местом хранения не только древних, исконных символов власти, но и предметов коронационной церемонии, атрибутов новой, имперской, государственности.
При Петре I были заложены и предпосылки объе-динения четырех кремлевских хранилищ. По его воле в 1720 г. Казенный приказ и Мастерскую палату возглавил проявивший себя в годы Северной войны полковник, князь В.Ю. Одоевский, которому пред-писывалось составить описи драгоценных предметов всех сокровищниц, а также Патриаршей ризницы.
При императрице Екатерине I объединение со-кровищниц и мастерских завершили и законодательно оформили. По монаршему указу, объявленному в Кремле в январе 1727 г., была образована Мастерская и Оружейная палата в ведении Сената, а возглавил ее главный судья полковник В.Ю. Одоевский, прослуживший на этом посту до самой своей смерти в декабре 1732 г. Сразу же после объединения начали работу по сверке сокровищ с имеющимися документами и составлению новых описей.
Годы правления императора Петра II, вступившего на престол в двенадцатилетнем возрасте, не были ознаменованы какими-либо переменами в деятельности Мастерской и Оружейной палаты. Также выдавались государственные регалии и серебряная посуда к коронации юного монарха. Сохранившийся перечень серебряной посуды, составленный в 1727 г., насчитывает более пятисот предметов, служивших хтя убранства Грановитой палаты ко дню церемонии, при этом с кубками, братинами, кувшинами, четвертинами и другими предметами соседствуют фигурки животных и птиц7. Любопытно отметить, что к этим торжествам был впервые изготовлен коронационный балдахин, установленный во время коронации в Успенском соборе и использовавшийся позднее в других коронационных церемониях (кат. № 31). В марте следующего, 1728 г., согласно заложенной еще Петром I традиции, в кремлевские сокровищницы поступил коронационный костюм нового правителя Российской империи (кат. № 30), а также другие вещи, задействованные в церемонии.
Нередко из Мастерской и Оружейной палаты предметы выдавались членам императорской семьи и фаворитам. В 1728 г. первой жене Петра I Евдокии Федоровне в Новодевичий монастырь была доставлена золоченая лохань, а в феврале 1729 г. несколько икон в дорогих окладах. Использовались сокровища и И.А. Долгоруковым, соперничавшим с А.Д. Мен- шиковым за влияние на юного монарха. К примеру, в июле 1728 г. И.А. Долгорукий получил из сокровищницы дорогие конские уборы, в декабре - одиннадцать сабель, украшенных драгоценными камнями. Одна из них, принадлежавшая ранее царю Алексею Михайловичу, была возвращена в палату только в марте 1730 г., после смерти Петра II (кат. № 38)8.
Что касается деятельности палаты и стоящих перед ее руководством задач по организации сохранности со-кровищ, то они мало интересовали императора. Несмо-тря на многочисленные просьбы об ассигнованиях на проведение ремонта, средства выделили лишь в следу-ющее правление. В январе 1730 г., после смерти Петра II, скончавшегося в Москве во время приготовлений к собственной свадьбе, предметы из кремлевских со-кровищниц передали в «печальную» комиссию.
Правление императрицы Анны Иоанновны для кремлевских сокровищниц и мастерских, с одной стороны, было связано с сокращением состава работ-ников, с другой - с улучшением учета и описания предметов, а также выработкой основных принципов комплектования и многочисленными поступлениями ценностей. После смерти князя В.Ю. Одоевского в апреле 1732 г. новым главным судьей палаты был назначен генерал-лейтенант и кавалер российских орденов М.Я. Волков, возглавлявший особую комис-сию, куда поступали неизрасходованные бюджетные средства из всех государственных учреждений, еже-годно выделявшиеся им на содержание. В результате М.Я. Волков распоряжался существенными по тем временам суммами. О большом значении, придавав-шемся императрицей Мастерской и Оружейной палате, свидетельствует и тот факт, что в марте 1730 г. она сама посетила палату и осматривала ценности, отобранные к ее коронации9. В июле того же года им-ператрица повелела осмотреть «...короны, державы, скипетр, диадимы...» и прочие вещи и составить их описи. Через год основная работа по составлению описей была закончена10.
Существенную роль в определении принципов комплектования и источников поступления сыграли два указа императрицы. Первый из них, от 4 августа 1732 г., предписывал «...имеющуюся в Московской Рентерее куриозную серебряную братину отдать для сохранения в Мастерскую палату с роспискою. Также ежели в которых коллегиях и канцеляриях и конторах такие ж серебряные и золотые вещи, которые оставлены быть имеют для куриозитету, отдать в ту ж Мастерскую палату...». Согласно второму, именному Указу императрицы от 20 декабря 1737 г. «О правилах, по коим надлежит поступать с конфискованными всякого рода имениями», надлежало направлять в палату дорогие сабли, украшенные драгоценными камнями, предназначенные для награждений, при этом «...оправные ж золотом и серебром ружья и всякие конские богатые уборы, алмазные и прочих камней вещи, ежели найдутся какою чрезвычайною работою, или драгоценные, оные все... отдавать в Мастерскую палату... а прочие все продавать, ибо в Мастерской палате только пристойно быть таким вещам, которые в диковинку»11. Таким образом, кремлевские сокровищницы предназначались для хранения
наиболее дорогих, высокохудожественных изделий, имеющих и историческую, и материальную ценность.
Одним из наиболее значительных поступлений того периода стала передача в 1730 г. ларца с вещами А.Д. Меншикова, впавшего в немилость и сосланного с семейством в Березов. Тринадцатого мая 1734 г. в сокровищницу были переданы «...бывшего кавалер-гардского корпуса мундир, амуниция и оружие для сохранения». В 1736 г. палата пополнилась дорогими конскими уборами из Конюшенной канцелярии и предметами вооружения, собранными Петром I (кат. № 14-17). По указу от 23 июня 1736 г. хранившиеся в Москве в Преображенском машины и инструменты первого российского императора были переданы в Кунсткамеру в Петербурге, а латы, кольчуги, шишаки, палаши и оружие - в Оружейную палату12.
В документах за годы правления Анны Иоанновны сохранились упоминания об осмотрах хранилищ знатными гостями. В конце 1733 г. сокровищницу по-сетили тайный советник Степан Вельяминов и генерал-майор Алексей Панин, обратившие особое внимание на государственные регалии, в марте 1737 г. «Главнейшую казну» осмотрел Баварский принц. Обычно главный судья и присутствующие палаты заранее извещались о прибытии гостей, чтобы успеть «излишнее и ненадлежащее убрать, а надлежащие к смотрению... вещи приготовить немедленно»13.
Несмотря на предпринимаемые меры по улучше-нию учета сокровищ, перед руководством палаты сто-яло немало проблем по обеспечению их сохранности. Разрушение вещей от сырости, порча мехов, тканей, оружия, конского убранства в значительной мере были связаны с неудовлетворительным состоянием помещений. Значительный урон кремлевскому со-бранию нанес пожар 29 мая 1737 г., во время которого пострадали церкви в Большом Кремлевском дворце, верхние оружейные палаты, шатры и кровля Гранови-той палаты, а также Спасская, Троицкая и Тайницкая башни14. Наиболее точное представление о размерах причиненного ущерба дает составленный по указу Анны Иоанновны 3 июня 1737 г. реестр сгоревших ве-щей. От огня пострадало собрание Большой Оружейной казны, мундиры и амуниция кавалергардского корпуса, трофейные шведские знамена и оружие, а также иконы из верхней Оружейной палаты и предметы, находившиеся в Тайницкой башне. После осмотра пострадавших от огня помещений было решено искать погоревшее золото и серебро, а затем, промыв и перечистив найденные слитки и драгоценные камни, составить их опись и сдать в Монетную контору. Большую помощь в этом деле оказали купцы Сереб-ряного ряда, трудившиеся «у сыску камней, алмазов, металла» вплоть до лета 1738 г.
При Елизавете Петровне в Мастерской и Оружей-ной палате произошли значительные изменения, на-правленные на преобразование древней кремлевской сокровищницы в музей. Стоит отметить, что в коро-нации этой императрицы 25 апреля 1742 г. впервые использовались специально изготовленное по этому случаю государственное знамя и государственный меч (кат. № 53), отобранный в палате - лучший «из находящихся в оной». Перед церемонией клинок вы-чистили и отполировали, а ножны обтянули новой тканью. Оба предмета были включены в состав госу-
дарственных регалий и стали неотъемлемыми атри-бутами коронаций российских правителей, а после церемонии заняли свое достойное место в кремлевской сокровищнице. Другим новшеством в проведении коронации Елизаветы Петровны стала выставка драгоценных предметов и государственных регалий в Грановитой палате на всеобщее обозрение. Проме- мория, присланная в палату из комиссии по учрежде-нию коронации, рассказывает об этом так: «Понеже императорские регалии, корона Большая и другая Малая, скипетр, и держава, кавалерии орден святого Андрея с цепью и звездою и орден святого Александра со звездою, государственный меч, две мантии и за- поны короновальной мантии или браслет, и трон им-ператорский, княж креслы для смотрения желающим поставлены в Грановитой палате, и желающих к тому допускать велено пополуночи от 7 до 12 и пополудни до 9 часов». Охраняли вещи служители палаты и во-енные, а ответственность за сохранность сокровищ возлагалась на главного судью, князя И.А. Урусова. Всего с 7 по 19 мая Грановитую палату осмотрели 100 знатных гостей и 136 158 человек «прочего чина кроме подлых»15.
По завершении празднеств скипетр, мантия, коро-национное платье, меч и знамя были оставлены на хранение в палате, туда же передали и перчатки (кат. № 54), в которых князь С.Г. (?) Нарышкин нес госу-дарственный меч, возвратились и другие предметы, выдававшиеся на церемонию. Так Мастерская и Ору-жейная палата еще раз подтвердила свой статус го-сударственного казнохранилища, где хранились символы Российской империи.
Правление императрицы было ознаменовано но-выми поступлениями, крупнейшими из которых можно назвать прием золотой и серебряной посуды из Главной дворцовой канцелярии, продолжавшийся с начала 1740-х по 1754 г., а также прием кавалергардской амуниции на лейб-кампанию (кат. № 57-58). Двадцать шестого октября 1748 г. по монаршему повелению из Иностранной коллегии в Оружейную палату передали два восточных панциря XVI в. и наручи, купленные в 1744 г. в доме покойного канцлера князя А.М. Черкасского. В 1760-1761 гг. состоялась передача оружия из Вотчинной конторы. Передавались в палату и отдельные предметы: серебряная булава, деревянная модель церкви, оклеенная раковинами и костью, два серебряных глобуса, усыпанный алмазами эмалевый портрет Петра I и другие16.
К периоду правления Елизаветы Петровны отно-сится и первый проект настоящей музеефикации Ма-стерской и Оружейной палаты, разработанный кол-лежским асессором А.М. Аргамаковым17. Согласно императорскому Указу от 24 августа 1754 г. «О сочи-нении... проектов Уложения» он был направлен в Ма-стерскую и Оружейную палату в качестве ревизора, призванного найти недостатки в ее работе и предло-жить меры по их устранению - так называемые пункты. По результатам проверки Аргамаков вскоре направил в Сенат донесение «о непорядочном» содержании ценностей и архива, а также о плохом состоянии описей. В начале 1755 г. он представил шесть пунктов по реорганизации деятельности палаты, которые были рассмотрены на заседании правительствующего Сената. В двух из них отмечалось, что имеющиеся ценности и «древние куриозные вещи» необходимо хранить в лучшем порядке, так как они «могут составить славную галерею», в связи с чем и предлагалось выстроить для них специальное здание. В третьем пункте речь шла о составлении новой подробной описи вещей после расположения их в той построенной галерее «обстоятельно, с ценою» и указанием номеров, со сведениями об их истории. Тут же предлагалось сделать рисунки наиболее ценных вещей и напечатать каталог на русском и иностранных языках, «дабы столь богатые и куриозные вещи, которые приносят славу империи», не были преданы забвению. По следующему пункту полагалось уволить большинство мастеровых, по пятому - усилить охрану сокровищ, назначив офицера с командой солдат вместо прежних сторожей. В последнем пункте предлагалось назначить один день в неделю для показа сокровищ желающим «к их удовольствию», в присутствии чиновника палаты. Аргамакову удалось привлечь внимание властных структур к проблемам Мастерской и Оружейной палаты, и вскоре составление проекта галереи поручили архитектору Д.В. Ухтомскому, уже к маю 1755 г. представившему чертежи (кат. № 66) и смету. Архитектор намечал возвести двухэтажное здание на фундаменте старых Казенных палат, находившихся между Архангельским и Благовещенским соборами. Стоимость работ определялась в пятнадцать тысяч рублей. В конце 1755 г. планы и фасады галереи были
одобрены Аргамаковым, однако в январе 1756 г. он умер, а 25 декабря 1761 г. скончалась императрица Елизавета Петровна, так и не увидев нового здания кремлевской сокровищницы, возведенного лишь при императрице Екатерине И.
Как и после коронации Елизаветы Петровны, по распоряжению новой императрицы государственные регалии и драгоценные изделия были выставлены «для смотрения народу», но не в Грановитой палате, а в старом здании Сената, располагавшемся вблизи Черниговского собора. С 6 по 25 октября 1762 г. с 9 до 13ис14до17 часов к осмотру сокровищ допускались все желающие, «...как мужеска, так и женска пола, кроме крестьян и самых подлых». Всего было до-пущено 926 знатных посетителей и 121 212 «разного звания людей», что наглядно свидетельствует о боль-шом интересе к этой своеобразной выставке могуще-ства и богатства российских самодержцев18. Известно, что во время пребывания в Москве в 1762-1763 гг. императрица удостоила своим вниманием кремлевские сокровищницы, в том числе в мае 1763 г. посетила Оружейную палату.
В 1760-х гг. под руководством нового главного су-дьи М.Г. Собакина шла работа по выполнению пред-ложений Аргамакова. Несмотря на то что создание генеральной описи было отложено до расстановки вещей в новом здании, уточнялись сохранность и ис-тория отдельных предметов19. В 1767 г. наконец за-вершилось затянувшееся на годы строительство га-лереи. Все было готово к приведению кремлевской сокровищницы в надлежащий вид, достойный ее со-брания, но по приказу императрицы здание, так и не успевшее принять древние сокровища, вскоре снесли под строительство дворца по проекту архитектора В. Баженова. Так плачевно закончилась деятельность по воплощению в жизнь проекта А.М. Аргамакова, опередившего свое время и в полной мере реализо-ванного лишь в XIX столетии. Тем не менее, в середине 1760-х - начале 1770-х гг. в Мастерской и Оружейной палате был проведен целый комплекс мер по созданию нового оборудования и размещению ценностей по принципу их лучшего показа20.
В феврале 1766 г. руководством палаты рассматри-вался вопрос об изготовлении полок для предметов, пострадавших от пожара 1737 г., а уже в июне состоял-ся их перенос после чистки и реставрации в верхнюю Казенную палату возле Потешного дворца. В 1767 г. началась разборка «знатных вещей... по сортам и поло-жению» в шкафы и сундуки в Казенной палате, причем изготовление оборудования и убранство палат проводилось на средства, оставшиеся от строительства галереи. В последующие годы были сделаны кра-шенные под красное дерево шкафы для предметов Ко-нюшенной казны и пирамиды для серебряной посуды, красным бархатом были обиты футляры для хранения государственных регалий, а синим сукном - шкафы для древнего оружия. Предметы доспеха и конского убранства заняли свое место в новых шкафах «по при- личеству». По стенам Казенной Оружейной палаты прибили доски с закрепленными на них офицерскими серебряными знаками. В апреле 1770 г. были сделаны ольховые шкафы для коронационных платьев и уста-новлены новые пирамиды для ружей.
Существенным новшеством для украшения инте-рьера хранилищ явилось изготовление деревянных манекенов, одетых в предметы старинного доспеха, ростом не менее двух аршин с четвертью, так как «карлы в латы не одеваются», и в «человеческую пре-порцию, чтоб не толще, не тоньше, ни больше, ни меньше настоящего хорошего сложения людей... в разных позитурах, давая в руки копья, палаши, щиты, обушки...». Одеть их решили в вычищенные предметы доспеха, пострадавшие от уже упоминавшегося пожара 1737 г.21 К концу 1770 г. все фигуры, уже одетые и обутые надлежащим образом, были установлены в помещениях Казенной Оружейной палаты. В 1770-1771 гг. состоялся переезд ряда хранилищ в покои под Теремным дворцом, где в апреле 1771 г. на шкафах с государственными регалиями установили шестнадцать княжеских портретов. Вскоре мастерами палаты Осипом Саблуковым и Андреем Васильевым были написаны портреты царей и императоров, которые также расставили по шкафам для украшения помещения хранилища22.
В 1775 г. Мастерскую и Оружейную палату возгла-вил сенатор, генерал-аншеф, кавалер и князь Г.А. Потемкин, занимавший этот пост вплоть до 1791 г. (кат. № 88). Безусловно, назначение Екатериной II своего фаворита главноначальствующим учреждения свиде-тельствует о ее большом внимании к древней сокро-вищнице. С его приходом активизировалась работа по чистке оружия и серебряных изделий, а также по
изготовлению нового оборудования - шкафов с за-стекленными дверцами для старинных книг, полок и пирамид для серебряной посуды, перекладин для навешивания коронационных балдахинов и даже спе-циальных подмостков, предназначенных «для про-сушки тленных вещей». Шла работа над составлением новых описей, завершившаяся в 1783 г. В 1780-х гг. проводился тщательный разбор коронационных одежд и церковных книг из Судейской палаты23.
Постепенно увеличивалось число посещений сокровищницы именитыми гостями. С передачей па-латы в подчинение Г.А. Потемкину такие осмотры проводились лишь по его распоряжениям, так назы-ваемым «ордерам». Пик показов приходится на 1788-1789 гг. и 1794-1795 гг., когда состоялось по тринадцать-четырнадцать осмотров ежегодно. Среди гостей кремлевских сокровищниц в эти годы были и русские генералы, и придворные, и представители иностранных государств - Франции, Австрийской империи, Испании, Турции, Швеции, командор Мальтийского ордена и многие другие24. Из-за учас-тившихся показов сокровищ вместо перечисления гостей в документах порой делалась краткая запись: «...впущены были разные обоего пола персоны». В тот же период из состава мастеровых выделилось несколько человек, знавших состав сокровищ и вы-полнявших обязанности по их охране и одновременно роль экскурсоводов-консультантов. Четвертого июня 1785 г. эти «исправнейшие» работники были представлены главноначальствующему и получили разрешение носить шпаги «для отличения от прочих»25. Однако деятельность Потемкина по руководству палатой имела не только положительные стороны. Всесильный фаворит не стеснялся пользоваться кремлевскими ценностями, неоднократно к нему до-ставлялись оружие, серебряная посуда, китайские изделия и другие ценности. Известно, что при главной квартире Потемкина в Яссах находились две древние булавы и шестопер, богато украшенные золотом и драгоценными камнями (кат. № 89-90). Эти предметы возвратились в палату только после смерти светлейшего князя.
Впрочем, исторические ценности служили для забав и самой императрицы. Для «маскерада» в 1763 г. использовались шишаки, латы, панцири, шапки ери-хонские, бердыши и оружие. В 1766 г. для устройства карусели было затребовано значительное количество дорогих конских уборов, седел и других предметов26.
Годы правления Екатерины II были ознаменованы также значительными поступлениями. В мае 1763 г. состоялся прием в палату старинных золотых и сере-бряных изделий «с разными каменьи» из Кабинета ее императорского величества Елизаветы Петровны. Двадцать второго ноября 1766 г. из Московской Го- финтендантской конторы поступил гардероб и другие предметы Петра II (кат. № 32-37). В 1775, 1793 и 1795 гг. палата пополнилась многочисленными предметами вооружения и конскими уборами, подаренными императрице от имени турецкого султана (кат. № 82-83). В декабре 1784 г. из Камерколлегии в палату было передано медное ведро, принадлежавшее царю Ивану Грозному в детстве. Для Оружейной палаты 1786 г. был ознаменован поступлением небольшой группы стеклянных изделий по приказу управляющего двора из дворцового имущества (кат. № 84-87). Примечательно, что эти изделия стали ядром, вокруг которого сформировалась коллекция русского и европейского стекла кремлевского музея. В марте 1794 г. из харьковской Казенной палаты поступили предметы из выморочного имущества полковника Краснокутского27.
Небольшой период правления Павла I для палаты связан с возрастанием числа посетителей и дальнейшим комплектованием ценными предметами. Любопытно отметить, что этот монарх проявил немалый интерес к учету сокровищ и подготовке к собственной коронации. По его распоряжению в январе 1797 г. был составлен и подан в Московскую контору Сената рапорт с приложением реестров выбывших предметов, проводились ремонт и чистка большого количества серебряных и золотых изделий, предметов оружия, был вычищен и исправлен трон Ивана и Петра Алек-сеевичей, а также пятьдесят три образа для убранства дворцовых залов. Государственный меч переложили в новый глазет, а в Успенский собор «для украшения» к коронационной церемонии передали 2 294 иконы28.
После коронации, в 1797 г., состоялось семнадцать осмотров палаты высокими гостями29. Удостоил своимвысочайшим вниманием кремлевские сокровищницы и сам император Павел I с супругой Марией Федоровной и свитой. Приготовления к монаршему визиту начались с раннего утра 16 марта, в хранилищах открыли окна и шкафы, на столы и пирамиды выложили ценные предметы. Руководство палаты постаралось не зря, император «нашел все в надлежащем порядке» и остался доволен. Пятнадцатого апреля палату посетил великий князь Константин Павлович, 17 апреля - польский король Станислав Август Понятовский со свитой, а 28 апреля - великие княжны30.

Ознаменовались годы правления Павла I и ценными поступлениями. В мае 1797 г. в сокровищницу был передан комплект принадлежащей императору генеральской формы лейб-гвардии Преображенского полка (кат. № 94), в августе поступили пятнадцать булав, присланных князем А. А. Безбородко, а в дека-бре рассматривался вопрос о внесении в опись палаты креста Мальтийского ордена магистра Ла-Валетта (кат. № 96). В 1799 г. поступили на хранение скипетр и погребальная корона польского короля Станислава Августа Понятовского, а также меч, цепь ордена Белого Орла и ключ от Краковского хранилища, переданные в учреждение тайным советником и государственным казначеем бароном А.И. Васильевым, причем пострадавший при транспортировке аквамариновый скипетр исправили мастеровые палаты. Девятого марта 1801 г., за три дня до гибели монарха, в сокровищницу была передана сабля, поднесенная ему отставным коллежским регистратором Богдановичем в 1800 г., по легенде «древняя», «деланная в Стамбуле при царе Константине» (кат. № 104)31. Таким образом, комплектование кремлевского собрания в Оружейной палате вполне соответствовало ее почетному статусу хранилища государственных регалий и исторических ценностей.

Однако повседневную деятельность палаты при Павле I не затронули какие-либо существенные изме-нения. По-прежнему чистились и ремонтировались ценности, изготовлялось оборудование. Руководивший учреждением главноприсутствующий П.Н. Кожин в силу своего преклонного возраста не был способен к принятию необходимых мер для сбережения государственных ценностей, не был решен и вопрос о строительстве специального здания для сокровищницы. В существенной реорганизации нуждались структура и штат, требовал завершения процесс музеефикации учреждения, получивший свое начало с Указа Петра I 1718 г. и неуклонно развивавшийся на протяжении XVIII в. Все эти вопросы в основном были решены в следующем столетии при императоре Александре I и П.С. Валуеве, возглавившем палату в 1805 г.

Количество показов: 1344

Возврат к списку


Текст сообщения*
:) ;) :D 8) :( :| :cry: :evil: :o :oops: :{} :?: :!: :idea:
Защита от автоматических сообщений
 


<img src="/bitrix/images/fileman/htmledit2/php.gif" __bxsrc="/bitrix/images/fileman/htmledit2/php.gif" border="0" __bxtagname="php" __bxcontainer="{'code': '<?$APPLICATION->ShowTitle()?>'}" /> <img src="/bitrix/images/fileman/htmledit2/php.gif" __bxsrc="/bitrix/images/fileman/htmledit2/php.gif" border="0" __bxtagname="php" __bxcontainer="{'code': '<?$APPLICATION->ShowTitle()?>'}" /> <img src="/bitrix/images/fileman/htmledit2/php.gif" __bxsrc="/bitrix/images/fileman/htmledit2/php.gif" border="0" __bxtagname="php" __bxcontainer="{'code': '<?$APPLICATION->ShowTitle()?>'}" /> ОРУЖЕЙНАЯ ПАЛАТА И ПРАВИТЕЛИ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ В XVIII СТОЛЕТИИ